Бакинские армяне знакомства с

БАКИНСКИЕ АРМЯНЕ ВО ФРАНЦИИ | marbswanunwith.tk

бакинские армяне знакомства с

Бакинские армяне становятся сильным и самобытным сегментом армянской диаспоры США. Записаны около 50 видеоинтервью. Всех манил бульвар – и коренных бакинцев-гениев, и приезжих торговцев Хорошо, что мы, армяне, оставили в этом городе добрый след. через знакомство с заявлениями ваших деятелей (знакомство не со. 13 января года в Баку начались армянские погромы – тотальная зачистка. самыми главными незримыми ценностями всех бакинских армян ». . брака, какие-то дополнительные справки, знакомства, взятки.

Да, Тамбов, а точнее Баку такого не видал. Жаль, что Мишик не успел достать бюстик Гейдара дефицитный товар, знаете ли! Кому не нравится, я всегда говорю — не слушайте. У музыки нет национальности. Я всегда играю то, что мне нравится, то, что я хочу. А ещё его давно преследует невероятное желание пройтись по бакинскому бульвару, потрогать руками древнюю Девичью Башню и на любимом полуобгаженном трамвае прокатиться по Завокзальным… После этого интервью хомячок, затаив дыхание, ждет своё персональное приглашение в Толерант Сити, что у мазутной лужи.

А что вы думаете, не пустят? С такой фамилией и менталитетом сам Аллах велел! Надо же понимать, что нас просто стравили друг с другом. Не поддавайтесь провокациям, ведь только вместе мы сможем победить зло и доказать всем, что мы действительно близкие друг другу народы с общей историей и традициями.

Поэтому еще раз подчеркну, что жесткая идентификация погромщиков только с беженцами неубедительна. Участие или неучастие в данных массовых действиях во многом определялось только личной порядочностью актора. В истории одной семьи, которой не удалось избежать погрома, фигурируют соседи, которые помогали спастись и те, кто стремился нанести урон, причем, зачастую и не рассчитывая на материальную выгоду, а только на эмоциональные преференции.

Они меня тоже как-то оберегали, опекали. В институт со мной ходили, обратно, и. Вдруг вышла наша соседка. Как раз она была вот такая, бывает такие лячярки, хаясызки скандалистка, наглая — С. Она, в общем, больше криком, ничем другим она, конечно, не испугает, но все равно это неприятно. И вдруг нам на встречу, вот эта Г.

бакинские армяне знакомства с

Она вернулась, что если какие-то вещи остались, где-то она уже у каких-то знакомых остановилась после разгрома. Это было до 20 числа январь г. Теперь это уже после 20 числа. У них осталась совершенно открытая квартира, кто хочешь заходи, что хочешь бери. Так или иначе, но погромы миновали информантку, хотя в ее повседневную практику пришла привычка жить вне квартиры и даже республики. Как и многие другие моменты, ныне презентируемые как наиболее тяжелые, она пережила в России, куда на короткие отрезки времени уезжала к сестре.

Этот страх попасть под каток погромов стал одним из первых явлений, обозначивших значимость этничности в повседневности. Жизнь заметно изменилась, частые отъезды сменялись пребыванием на родине, но теперь уже под присмотром доброжелателей друзей, хороших знакомых или одноклассников.

И здесь в ее жизни в полную силу заработали агенты воспроизводства этничности. При этом распознать этническую принадлежность позволяли именно документы, которые выступили первичными индикаторами аскриптивной идентичности. Рассуждения же об особенной внешности, демонстрирующей этничность актора, в данном конкретном случае, не становятся определяющими в момент рефлексии по поводу повседневных трудностей.

Подобную же ситуацию мы встречаем и в случае с N. Моя свекровь сразу определила. Вот она не знала, но сразу сказала. В любом случае вот, например, когда наша бабуля умерла, мамина мама, сейчас она лежит на этом кладбище армянском — С.

Во-первых, мы без мужиков. Еще на это кладбище пойти. Повесить афишу, что ты идешь к русской бабушке на кладбище. Все-таки один раз мы, ну, мама там сны видела. Ну, в общем, скучала. Бабуля умерла в году, в принципе это все вот так вот свежо. Мы пришли к ней, пока стояли, пока цветы туда-сюда… Тоже, да, один прицепился к.

Сама уже мне говорит: Конечно, мы тоже ушли и больше никогда не ходили, до тех пор, пока это вот так, как сейчас не улеглось на таком уровне, и пока мама не нашла таких знакомых, у которых тоже, там вот рядом кто-то похоронен. Что же касается случая на кладбище, то повод усмотреть в информантке армянку можно легко понять через особенности места встречи. Так или иначе, но особенную роль в жизни N сыграли именно документы.

Паспорт, как это было показано выше, ей удалось достаточно безболезненно заменить на новый, в котором фигурировала уже девичья фамилия матери. В принципе, например, я поменяла.

Cага о бакинских армянах, или «Без евреев и армян расцветай, Азербайджан!». ЧАСТЬ I

Но у меня зачетка, в которой никто не собирается скрывать этого, потому-то всем на это наплевать. Они просто взяли и зачеркнули в зачетке сверху мою фамилию. Я начинаю все это стирать, я начинаю все это замазывать и.

Приходишь на другой экзамен. Среди педагогов были не просто многие, которые цеплялись, но очень многие. Зачем так сильно зачеркнута фамилия?

  • Бакинские армяне
  • Бакинские Армяне: Этническая Идентичность в Контексте Повседневности
  • Приморский бульвар, или «Армянский след» в Баку

Это вообще, лучше возьми и уходи. Кроме того, что пускай это будет два на экзамене, пускай это будет отчисление с института.

Кроме того, моральное, то, что ты испытываешь в этот момент, это большего уже не надо, понимаешь? При первой же попытке изменить документ, информантка сталкивается с проблемой узнавания в ней армянки. Речь идет именно о повседневной практике неприятных встреч и разговоров.

Однако ничто не стало непреодолимой преградой в деле приобретения высшего образования, и институт она успешно окончила. Нет также оснований считать, и сама информантка об этом говорит, что подобные выяснения причин изменения фамилии всегда заканчивались идентификацией ее как армянки. Здесь все решает внешняя сила, с волей которой приходится смириться.

Уровень конфликтности повседневных практик в данном случае напрямую зависит от необходимости повторных контактов с властью, [24] которая может обладать неудобной информацией, помноженный на добрую или нет волю конкретного чиновника, располагающего данным властным ресурсом.

Хотя навязанная идентичность, как правило, приходит в повседневность через власть, но сама власть всегда персонифицирована. Закон может насколько угодно жестко оговаривать равноправие граждан, но повседневная практика в силу реалий армяно-азербайджанского противостояния и привычки мыслить категориями коллективной ответственности предполагает свободу действия и убежденность в собственной безнаказанности властной персоны.

Метод действенный настолько, насколько часто информант вынужден контактировать с конкретным актором, [25] облеченным тем или иным властным ресурсом, а также насколько последний способен через публичность привлечь к участию в акции осуждения любого представителя общественности, эмоционально переживающего сопричастность нации, находящейся в условиях неудачно разворачивающегося противостояния. Попадание в подобную ситуацию демонстрирует следующее воспоминание из студенческой жизни.

Я сдавала книгу в библиотеку, в библиотечном зале. Все документы, которые у меня на руках были, я поменяла так: Зачетку я так поменяла или что там было, ну комсомольский билет. Я не могу, как называется в библиотеке это штука, я же не могу ей сказать — вытащи и напиши мне новый. Я вообще не могу ходить в библиотеку, я просила, чтобы мне брали книги.

Потому что она тоже высказала мне при. Да, он в библиотеке об этом узнал. Они оказались какими-то знакомыми. Она ему сказала и меня показала. Иногда это одноклассники, в какой-то момент парень, испытывавший теплые чувства, затем муж, но только в связи с данным инцидентом она вспоминает о том, что родные для ее безопасности наняли профессиональных охранников.

В очередной раз инцидент такой. Просто я не знаю, как они ему объяснили, что они ему сказали. Один раз это все-таки. Они завели его в пустую аудиторию. Я не знаю, что там было и. Эта история, тем не менее, имела продолжение, что демонстрирует нам степень зависимости от проблемы узнавания аскриптивной этничности информанта. И как раз это было после института, когда я уже закончила, не помню, куда я ездила и. Но часто я именно на метро ездила. И получалось так, что я приходила, спускалась в метро, и он там стоял.

И конечно это всегда был такой напряг. Но интересно то, что, рассказывая об этом случае из студенческой жизни, она пускается в рассуждения о возможных стратегиях преодоления конфликта, возникающего после узнавания. А кто об этом знает. Круг людей уже, конечно, меняется. Там, где ты заполняешь анкету, где ты можешь это избежать, ты это не заполняешь и все. Ну, по крайней мере, кому нет необходимости, зачем я должна это не просто говорить, афишировать.

Даже делиться этим не хочется. Следует расшифровать эту необходимость молчания. Трудно представить повседневную практику, при которой каждое новое знакомство должно сопровождаться озвучиванием этничности.

Эта социальная прослойка особенно сузилась после массовой эмиграции конца х—начала х. И так очень настоятельно сказал, я сам поговорю с твоей мамой, позвонил, сказал, вы вообще не должны волноваться. Хотите я буду там, абсолютно не испытывая ко мне никаких ни чувств. Он гораздо старше. Вы должны, не знаю, то-то ит.

бакинские армяне знакомства с

Ты знаешь, я когда работала здесь, уже мы случайно с ним столкнулись, он пришел к нему директору фирмы, в которой она работала — С. Он стал приходить к нему в офис на работу. Он… одним вздохом, одним словом, одним, я не знаю, жестом не дал понять, что он знает, кто я, что я, там и.

Вновь мы возвращаемся к документам, которые несут в себе неудобную информацию, вносящую дисгармонию, в казалось бы уже отлаженные повседневные практики. Она звонит домой и говорит: У тебя какая фамилия была раньше? По телефону я ничего не стала ей говорить.

Но когда мы пришли забирать эту справку, она чуть ли не дралась со. И она, вот я клянусь, я не вру, взяла эту справку села на нее и сказала: И мы с ней чуть не подрались.

Она ее вытащила, мы обругали друг друга, как хотели — я за то, что она потрепала мне нервы, она за то, что я обладательницей этой фамилии была, со всеми оскорблениями и все. А это не армянский, не русский, а азербайджанский хлеб, чоряк. Чтобы им не давиться, надо его народ уважать, знать азербайджанский язык. Только Ерванд Амбарцумян с мальчишками ни слова по-азербайджански не. Наоборот, то и дело старался вставить какое-нибудь армянское словечко, связав его десятком искаженных русских.

На больших переменах он по-прежнему пропадал со своей командой на школьном дворе, пыхтя сероватым дымком за невысоким мемориалом Рихарду Зорге. Спустя пять-десять минут после звонка вся команда шумно вламывалась в класс, невыносимо воняя дешевыми сигаретами, дебильно выпучивая глаза в ответ на замечания учителей. Весь оставшийся урок приходилось слушать объяснения под ржание или неприличное перевирание учительских слов.

На коротких переменах ервандовская команда отпускала замечания вслед проходящим девочкам, обсуждая их фигуры, причёски, одежду, репутацию. Нередко в этих обсуждениях я разбирала армянские слова, которые тётя Нора произносила шепотом, рассказывая маме про свою соседку. Особенно на переменах доставалось Диляре. Мальчишки не уставали высмеивать её раздражающе яркие красные колготки, предлагали достать импортный выпрямитель ног, гнусавя, затягивали мугам Зейнаб Ханларовой. Диляр же, отойдя на безопасное расстояние, шепотом насылала на ервандовскую команду все известные ей гаргыши проклятие — азерб.

Бакинские Армяне | ВКонтакте

Кто посмеет тебя пальцем тронуть? За последние несколько месяцев на площади Ленина побывали многие бакинцы. Мама однажды очень рассердилась, узнав, что Алида со своими однокурсниками ходила на митинг.

Я там Самеда, Заура, Ровшана с Эльханом встретил. Сто лет с ними не виделся, с тех пор, как с коньячного завода ушёл. Вечером во дворе тётя Валида вполголоса рассказала, что в этом месяце ЖЭК составлял подробные списки жильцов — имена-фамилии, возраст-национальность — вовсе не для получения талонов на мясо-масло.

вблйоулйе бтнсое ч уыб. THE BAKU ARMENIANS IN THE USA

А для националистов, чтобы те знали, по каким адресам живут армяне. Мама, послушав тётю Валиду, ужасно расстроилась, сто раз назвала себя дурой и идиоткой за то, что честно ответила на все ЖЭКовские вопросы. Папа шумно и многословно успокаивал маму: Ты Гаджиева Вагифа жена! Кто посмеет тебя хоть пальцем тронуть? Да я со своими ребятами знаешь, что с ними сделаю?! А мама внимательно прислушивалась к этим клятвам и уверениям, не рассердившись даже на папино любимое обещание умереть у её ног.

Умереть мне у твоих ног! У нас, как и у большинства наших соседей, телевизор не выключался до самой полуночи. Эти передачи шли почти весь день, их вели кандидаты и доктора исторических наук, археологи, художники, поэты, писатели.

Папа не пропускал ни одной, даже ужинал у телевизора, то и дело одобрительно кивая головой, забыв об остывающем чае. Я иногда пристраивалась рядом, если передача была на русском языке. Потом вместе с папой и я стала одобрительно кивать в ответ на простые и понятные убеждения ведущих в исконной принадлежности Карабаха Азербайджану, в нелепости притязаний Армении.

Папа время от времени отвлекался от экрана, ласково трепал меня по затылку, обещая в этом году на всё лето отправить нас с Алидой к родственникам в Кедабек, чтобы мы, наконец, как следует выучили родной язык. Перечитывали статьи республиканских газет, листовки, обсуждали во дворе, на улице, на работе, в школе. Диляра каждую перемену рассказывала, какое необыкновенное место карабахская Топхана.

Какие в ней целебные источники, чистейший воздух, густой-прегустой лес. И от всех этих богатств скоро, наверное, совсем ничего не останется, если армяне назло азербайджанцам будут и дальше вырубать там ценные и редкие породы деревьев.

Я, притормозив рядом, внимательно слушала её рассказ. Вместе с остальными возмущенно цокала языком, напряженно пыталась перевести отдельные азербайджанские слова. А вечером дома вдруг вспомнила, что Диляра все каникулы просидела в Баку, помогая маме нянчиться с младшими братьями. Обрывок телефонного шнура… Папа часто бывал в паспортном столе, искал ходы-выходы, хлопоча о замене маминой и моей фамилии.

Но пока ничего не получалось. Нужна была повторная регистрация брака, какие-то дополнительные справки, знакомства, взятки. Мама, слушая папины отчёты, печально качала головой, горько бормоча: В конце ноября наш телефон взорвался тревожными звонками. Я еле успела схватить трубку и услышала в ней сквозь грохот, крики, ругань отчаянный мамин крик: А потом, бросив телефонную трубку, сорвала с вешалки старую папину куртку и выбежала на улицу.